Пространство книги

Взяв в руку книгу, мы погружаемся в мир, наполненный образами и ощущениями, созданные нашим воображением. Но, отложив в сторону прочитанные страницы, мы возвращаемся в реальность, которая постепенно растворяет дымку задумчивого сна прочитанного в мареве повседневности.

А можно ли попытаться сохранить навеянные образы в материальном мире?

Книжное искусство Brian Dettmer

Город как текст : портрет города через лица его обитателей

Зачастую безликость наших городов, становится понятием нарицательным.

Но оглянувшись, мы понимаем, насколько это неверно.

Каждый человек, если присмотреться , является той гранью,частью большой мозаики, которую мы можем назвать портретом многоликого города.

Испанский художник Хорхе Родригес Герада по кусочкам собирает части этой огромной мозаики.

Герои его картин- простые люди с улиц. Именно они  создают портрет своего города.

подробнее здесь

Заметки на полях невозможной книги

Анна Горенко умерла на исходе 1990-х, в возрасте 27 лет, подготовив одну нетолстую книгу стихов. После смерти ее много издавали, о ней и ее творчестве немало писали. Несмотря на то что она считала свои стихи выламывающимися из русского поэтического канона (оттого и называла себя поэтом «не столько русским, сколько пишущим по-русски израильским»), ее способ письма оказался созвучен манере той части российской молодой поэзии, которая была ориентирована на поставангардную, концептуалистскую «инновативную» стратегию позднесоветского андеграунда и которая в 2000-х начала активный «захват» литературного поля. Что требовало создания нового, собственного канона. Потому выход в 2003 году сборника стихов Горенко «Праздник неспелого хлеба» в серии «Поэзия русской диаспоры» издательства «Новое литературное обозрение» – при участии таких знаковых для новой поэзии авторов, как Илья Кукулин и Данила Давыдов, – нужно считать прежде всего «канонизирующим жестом». Творчество Горенко, определенное Давыдовым в предисловии к сборнику как «поэтика последовательного ухода», тем самым переводилось из контекста регионального – русскоязычной литературы Израиля – в более широкий контекст актуальной русскоязычной поэзии. Горенко словно бы отводилась роль «подземного классика», опередившего время и задавшего вектор поисков следующих поколений. В составлении книги участвовали и друзья поэта, Евгений Сошкин и Владимир Тарасов. Так общими усилиями определился основной корпус сочинений Горенко, и даже началось нечто вроде «горенковедения».

"Осовремененные" ожившие картины классиков

Фотограф Питер Линдберг (Peter Lindberg) решил оживить картины классиков экспрессионизма и импрессионизма. В качестве модели он взял известную актрису Джулианну Мур.
Питер Линдберг обратил внимание, что одежда на девушках с картин классиков экспрессионизма и импрессионизма, таких как Шиле, Климт, Модильяни, Сарджент, а также современных художников, рисующих в том же стиле (Принс, Керрин), весьма схожа с той, которую носят сейчас. Поэтому вполне можно «осовременить» картины этих художников.


в образе с картины

Тело, Человек, Природа, Искусство... Фотограф Арно Рафаэль Минккинен

Работы фотографа Арно Рафаэля Минккинена (Arno Rafael Minkkinen) напрямую касаются человеческого тела: его возможностей, недолговечности и в особенности – его взаимоотношений с природой. Хотя тема сама по себе не нова, но автор подходит к ее раскрытию довольно своеобразно, поэтому с его творчеством однозначно стоит знакомиться.


...он соединяет человеческие тела и пейзажи самыми удивительными способами: он создает сцены, в которых тело – или его часть – становится неотъемлемой частью пейзажа, такой же, как, к примеру, деревья или горный массив.


подробнее тут

Обувь = скульптура? Израильский дизайнер Коби Леви

 Израильский дизайнер обуви Коби Леви (Kobi Levi) любит совмещать несовместимое: к примеру, туфли и бананы, туфли и рогатки или туфли и тележки из супермаркета. При этом автор хотя и называет свои произведения скульптурами, но утверждает, что любое из них вполне пригодно к носке. С этим утверждением можно поспорить: трудно представить, чтобы кто-то решился носить такое – эпатажная Lady Gaga не в счет. А вот посмотреть на необычную обувь в любом случае любопытно.

Реальная реальность

Нужно ли приукрашивать или  утрировать окружающий нас мир? Где находится граница дозволенного в его интерпретации, и если эта граница?

Реальность, которую не хочется знать.

Брутальные рисунки художника Dran

   

Из своих 32 лет половину жизни он посвятил рисованию. Испробовав несколько техник, поработав в разных жанрах, в итоге Dran не смог выбрать, на чем остановиться, и поэтому использует в своей необычной живописи сочетание всех техник и навыков, которые успел приобрести и отточить за долгие годы практики. Так, рисовать он может практически на чем угодно: стена, картон, газетная бумага, обрывки пакетов, акварельная бумага, тетрадные листы...

Наша жизнь груба и брутальна. Аргументы автора

А никто не говорил, что везде мир и позитив...

Не искривленная, а утрированная реальность

Но главное, это ведь не чем или на чем рисовать. Главное - это идея и то, как ее выразить, донести до людей, а в нашем случае - еще и как следует поглумиться над ними. Ну и над самим собой за компанию. Увы, но общество, которое цинично высмеивает Dran, это еще и мы с вами. Как бы неприятно и грубо это ни звучало.

Карикатуры на жизнь от художника Dran

Таким видят наше общество художники-иллюстраторы

Циничные рисунки-карикатуры художника Dran

Для талантливого француза нет ничего святого. Даже образы из любимых детских сказок он заставил работать на свой проект. Но ведь никто и не говорил, что вас ждут милые, добрые картинки, повествующие о счастливой жизни и мире во всем мире, правда же? Кстати, если кому-то все же понравилось то, что он здесь увидел, то он с не меньшим удовольствием посетит и сайт художника под псевдонимом Dran